ГМОС ОФ-1118. «Ботинок из поселения на строительстве железной дороги Чум-Салехард-Игарка». Начало 1950-х гг. (2)

30 октября отмечено в нашей истории как День памяти жертв политических репрессий. Гонения диссидентов  в Советской России начались сразу после Октябрьской революции 1917 года. В конце 1920-х —начале 1930-х годов, с укреплением личной власти И.В.Сталина, репрессии приобрели массовый характер. Особенного размаха они достигли в конце сороковых, получив название «Большой террор». Сотни тысяч граждан были расстреляны или отправлены в лагеря ГУЛАГа по обвинениям в совершении политических преступлений.

Главное управление лагерного железнодорожного строительства осуществляло самое северное строительство  в стране. Железную дорогу Чум-Салехард-Игарка возводили в тяжелых условиях, среди вечной мерзлоты.

Всё строительные и бытовые объекты возводили вручную, колонна сама строила своё жилье. Температура в таких бараках зимой опускалась до –25 градусов. Пол в бараке был земляной, а это значит, что грязь и вши являлись постоянными спутниками заключенных. Не у всех была своя постель, а постельное белье было большой редкостью. Спали на двухъярусных деревянных нарах, изготовленных из привезенных досок или из жердей, добытых поблизости. По углам лагеря сооружались сторожевые вышки с прожекторами, при этом сам лагерь освещался крайне редко.

Одежда и обувь заключенных не отличались ни практичностью, ни удобством. В Губкинском музее хранится ботинок заключенного, отбывающего свой срок на поселении Долгий у станции Таз на 503 стройке ГУЛАГа. Как обувь оказалась в губкинском музее? Ботинок, как и другие экспонаты, представленные в экспозиции «Север- судьба моя!», был найден в 1996 году губкинской экспедицией, организовавшей пробег по Ямалу на снегоходах в честь 10-летия акционерного общества «РН-Пурнефтегаз». В поездке участвовали восемь смельчаков: Юрий Медведев (командир отряда), Павел Марченко, Геннадий Якимов, Александр Кузнецов, Константин Чупров, Александр Кудымов, Игорь Ружицкий и Эдуард Щербина.

По старым картам отряд нашёл мёртвое поселение. Поселок лагерной администрации, мрачный призрак недавнего прошлого, растянул щупальца колючей проволоки в районе реки Таз. Опустевшие промерзшие бараки, навсегда замершие паровозы и проржавевшая железная дорога, уходящая вдаль и обрывающаяся так же внезапно, как сама жизнь… – так встретил посёлок Долгий экспедицию из Губкинского. Эту жуткую, давящую атмосферу участники экспедиции запомнили навсегда. Еще страшнее было думать о том, как при отсутствии элементарных условий и теплой одежды люди не просто выживали, а должны были работать.

Обувь, как постельное белье и одежда, в лагерных условиях ценилась на вес золота, это подтверждает состояние нашего экспоната. Подошву, не один раз подбитую гвоздями, венчает старая заплата и новая дыра, которую не успели починить. В борьбе с тяготами лагерной жизни оторвалось голенище. Старый грубо обработанный ботинок из кирзы и кожи давно потерял свою пару. Потерял он и хозяина. Обглоданный иглами северных дождей, высушенный ледяными ветрами, этот ботинок – неотъемлемая часть истории нашей страны.

Мы можем только предполагать, что случилось с владельцем обуви. Возможно, ему посчастливилось дожить до эвакуации и по белоснежному полотну Ямала он шагал в теплых валенках, избавившись от тюремного ярма. А быть может, ботинок оказался среди тундры как раз в тот момент, когда его владелец с последним вздохом навсегда освободился от лагерного режима. Был ли он закоренелым преступником или стал жертвой доноса? Остались его близкие в живых или также погибли в безвестии в соседнем лагере? Какими были последние мысли заключенного? Сколько дорог прошёл этот человек в своих неказистых ботинках по сырым болотам Севера? Эти вопросы навсегда останутся без ответа…

Искарёженый ботинок стал символом миллионов судеб, изувеченных безжалостным политическим террором. Увидеть этого безмолвного свидетеля прошлого можно в экспозиции «Север-судьба моя!», и кто знает, какие мысли и чувства он вызовет в вашей душе…

KP 1118